Энергия камней. Введение

от автора

Уж простите меня все, кто остро чувствует чужую боль, но что-то накатило.

Заранее предупреждаю тех, кто плакал после фильма «Белый Бим — Черное Ухо» — это довольно грустная статья, напрочь лишенная какого-либо юмора и свойственной мне иронии. Все, кто не любит грустных историй, смело перематывайте текст, написанный прописью. Читайте только предисловие и post scriptum. Для того, чтобы понять суть статьи, их вполне достаточно. Все остальное — лишь лирическое отступление, быть может через чур жизненное и оттого слишком мрачное.

Те же, кто решится прочесть статью целиком… Учтите, я предупреждал.

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

Бывало мне порой тоскливо, уныло и грустно, и как одно из лучших средств я применял «литотерапию». Шел в мастерскую, брал в  руки камень и чувствовал, как его энергия наполняет меня, дает силы и настроение, насыщает каждую клеточку моего тела жаждой жизни…

Камни. Энергия камней. Магические свойства камней.

Как-то я уже поднимал эту тему, однако, не имея достаточно знаний, был задавлен суровой критикой со стороны «экспертов».

Пожалуй, это было правильно.

Я могу верить в энергии исходящие от камня или нет — это мое личное дело, но давать какие-то рекомендации касательно этих энергий — тут я слегка хватил через край.

Ошибку понял, учел и постараюсь в дальнейшем избегать давать какие-либо советы на этот счет. Для этого существуют профессионалы. Об одном (точнее — одной) из таких я вам подробно расскажу в следующей статье цикла «Магия камня», а пока, поделюсь историей из первых рук.

Писать буду от первого лица, так, как мне ее тогда рассказали.

Зовут мою героиню Валентина, живет она в Харькове. Наша компания останавливалась у нее, когда мы приезжали на выставки.

Мы сидели на кухне вдвоем, все остальные уже спали. Пили чай и о чем-то беседовали.

«Хочешь, я расскажу тебе о своей маме?» — спросила она.

«Давай», — без задней мысли согласился я.

 

РАССКАЗ ВАЛЕНТИНЫ

Я знаю, как легко сойти с ума,

Как тяжело глядеть и не коснуться.

Догадываюсь, как прекрасен мир,

Если хоть раз заснуть и не проснуться…

Из раннего.

 

Тогда, в тот день, точнее в ту ночь:

— В общем, так, прихожу я домой, я еще в школе тогда работала,  и все как всегда. Мама, такая, зашла, она ж у меня бухгалтер и сразу несколько фирм вела, ну и отчеты дома делала. Ну вот. И в комнату. Чую, что-то не так, но не иду. Думаю, если что – позовет. И она зовет. Я захожу. Она сидит, такая, за столом, ну, все как обычно, и потом мне: «Валя, у меня рак крови, я умираю». Я вышла. Обулась. Иду за коньяком. Взяла коньяк, сигареты. Сижу, вот там, во дворе, на лавочке. Курю, пью. Смотрю, сосед идет Дядя Саша. Он мужик во-от-такаой! Он меня с детства знает. Один живет давно. Сильный мужик. «Чего, — говорит, — Валя сидишь, чего грустишь?», а я ему все и выкладываю. Мол, так и так, мать у меня умирает. А у меня ж кроме неё никого. Она, знаешь, какая была. Вот лучше всего Сароцын на похоронах сказал: «Она была самым ярким впечатлением в моей жизни!». А брат с отцом…

— Валя, харэ. Ты уходишь от темы.

— Да, ты меня возвращай… О чем я?..

— Во дворе соседу всё выкладываешь.

— Да. А он мне: «Ну, Валя, ничего не поделаешь, нужно держаться»… Ну, в общем, как там всё было, я уже не помню. Да… потом со школой проблемы начались. Сложно преподавать, когда у тебя мать умирает… Так вот, прошло примерно четыре месяца. Я еще точно помню, я тогда со школы прихожу, а мать все чисто-чисто убрала, у нас всегда очень убрано было, и я люблю убираться. Это от нее наверное, она тогда, как чувствовала, что больше дома не будет. А днем ей в больницу ехать. И она тогда все чисто убрала, заказала такси и мы в больницу поехали. И началось. Ну, там многое не важно. Какие-то уколы, переливания крови, что-то еще – это все как-то смешалось… Меня тогда со школы попросили, я потому что то что-то не то детям несла, то, плакала, то уходила с уроков… В общем директор меня выгнал. Я пошла в ночной клуб. Танцевала. Нужно было где-то деньги брать. Как-то что-то делать. Я ничего тогда не соображала. Брат с папой приехали. Он меня тогда избил, сказал, что все кончено. Я в такси и к друзьям, так дома больше и не появлялась, все по друзьям жила. Больница, работа, пью – вырубаюсь… Маме я, конечно, ничего про работу не говорила. Хожу улыбаюсь, в школе все в порядке, жизнь супер… Она все еще отчеты делала. Он меня когда побил, мне ж еще отчеты сдавать. Я на улицу, ловлю такси, вот, говорю мой паспорт, едем сейчас, я что-то придумаю. Рассчитаюсь. И поехала развозить отчеты вся какая-то… в общем, не помню, как там и что… В больнице переливание делать нужно было. Я уже всех друзей перетаскала. Но никто не отказывался. Все знали мое положение. Любили мою маму. Потом все, пошло отторжение крови. Такое бывает при раке …. Не принимает чужую кровь. Своя гниет, а чужая отторгается. Она все время ж на переливании лежала. Тогда аппарат такой. Выкачивают ее по частям, чистят и назад заливают. А ее чёрная, гнилая кровь… потом уже и ее не принимает. Говорят: «Нужно делать химиотерапию». Её ж все любили. За больницу ее работодатели платили. Она давно с ними работала. Это и Киворкян был и другие еще видные деятели… она ж…

— Валя! Не отвлекайся!

— Да… Так вот. Ее тогда увезли и мне сказали завтра приходить. Я тогда на работу как раз, ну танцевать. Не помню, как и что. Прихожу я с утра в больницу. Еще в гриме, толком не умылась и сразу к ней. А она сидит на стуле перед окном. Смотрит куда-то. Брат рядом стоит. А она ему: «Данила, выйди». Он уходит, на меня еще так посмотрел как-то… А она ко мне спиной сидит в белой ночнушке и волосы ее длинные, красивые такие… Она у меня вообще очень красивая, ты ж видел фотографии, — я киваю, да, очень красивая, — вот… И я ее в больнице расчесывала, мыла… Я привыкла к такому. У меня ж дед от рака тоже умирал. Маме некогда, папа с Данилом…

— Валя, хватит про них!

— В общем, я привыкла, видеть как люди умирают . Я, знаешь, какая сильная. Меня мама так воспитывала. Она говорила: «Когда меня не станет – ты должна суметь о себе позаботиться, больше не на кого тебя оставить». Я ухаживала за ней, расчесывала… Она говорит: «Расчеши меня, Валя», я говорю – конечно, мама. Беру расческу, подхожу к ней. Она в окно смотрит… Я ее волосы беру на руку, провожу расческой, а они все на руке остаются… Они у меня теперь всегда на руках. Я их и сейчас вижу… Я расчесываю, а они все на руках остаются… Мама, зачем ты так, говорю, а она – «я умру, а ты сильная должна остаться…» я расчесываю. Потом я из палаты вышла, и на руках у меня волосы. Я с тех пор всегда крашусь. Я ж вся седая. Двадцать пять лет, а я седая. Я каждый день голову мою и волосы с рук смываю, иногда несколько раз в день… Потом много еще всего было, я так не помню всего. Я перед смертью ее уже камеру принесла. Держала ее за руку, а она там ходила, она там судьбы меняла, как я ее просила, она говорит…. Я, в общем, тебе видео покажу, оно у меня на компьютере, увидишь. Она не была некрасивой. Она тогда очень красивой была. Ее кожа вся натянулась, морщин не стало, глаза такие большие, без волос…  я с ней всю ночь последнюю провела. Потом ее в палату отвезли другую и к аппарату подключили… Я всех знакомых обзвонила, просила их молиться, и сама молилась, ее за руку держала, долго сидела, врачи говорят все уже, я говорю – нет, буду сидеть. А Данила, так подошел, провел ей так рукой по глазам и закрыл их, и так: «Всё, мам, давай», за руку меня и потащил. А она еще живая была! Живая, ПОНИМАЕШЬ! Я этого ему никогда не прощу. А потом нам сказали, что в три часа ночи она умерла. Я тогда к Сашке поехала. Это мой друг. Тогда только он меня понять мог. У него в течении года сначала дедушка с бабушкой умерли, а потом мама с папой и все от рака. У него крыша поехала. Так вроде нормальный, но как башню рвет – все! Тогда на такси к нему подъезжаю, а он как раз во дворе что-то орет, машины битой бьет, на людей кидается… нет, думаю, мне сюда не нужно… не помню потом, как оно что – уже два с половиной года мамы нет…

…а недавно, врачи и мне поставили рак. Рак груди.

Я плакала, гладила кошку и сжимала шарик, а потом, шарик начал темнеть. Из розовато-зеленого он стал коричневым. А кошка начала болеть.

У нее пошли метастазы. А потом она умерла… от рака… груди… а я — нет, я выздоровела.

Получается, камень забрал мою болезнь и отдал ее кошке?..

Post Scriptum

Я не врач и за достоверность диагнозов не ручаюсь, однако своими глазами видел, что кварцит, который мы когда-то ей подарили (изначально серый с розовато-зелеными разводами) действительно немного изменил цвет. Он будто изнутри налился коричневым.

Вот тебе и «Магия камня»!Магические свойства кварцита.

магия

Думаю, если хорошенько вспоминать, у каждого любителя камня найдется какая-нибудь история, которая не вписывается в рамки логики и здравого смысла.

Я, к примеру, знаю вот эту.

Если кто-то хочет рассказать свою историю, буду рад прочесть ее в комментариях, в предлагаемых новостях наших страниц в соц. сетях или в личном сообщении.

А уже в следующей статье из цикла «Магия камня», я вас познакомлю с интересным человеком, ныне практикующим ведическим астрологом, а по первому образованию — геофизиком… Но, кажется я забегаю вперед.

 

И еще, обещаю — больше никакого мрачняка! Только позитив и ванилька 😉